Новый сайт PinchukArtCentre
Перейти
укр
рус
eng
ГлавнаяПресса о насУкраинскиеСергей Братков: «Общество поменялось. Раньше был театр, а сейчас – полный цирк»

Сергей Братков: «Общество поменялось. Раньше был театр, а сейчас – полный цирк»

2 апреля 2013

Этой весной Сергей Братков вновь приехал в Украину с новой, пусть и небольшой, выставкой «Добро покупает зло», которая открылась в PinchukArtCentre. Этот проект – и «творческий отчет» Браткова, и его реакция на последние события нашей реальности.  

Один из наиболее признанных на международной сцене украинских художников, представитель харьковской фотографической школы, бывший участник Группы Быстрого Реагирования, Сергей Братков с начала 2000-х годов живет и работает в Москве. За это время у него было немало крупных персональных выставок в Европе, и, увы, ни одной ретроспективы на родине – хотя сам художник признается, что был бы счастлив такому случаю. Будем надеяться, что масштабная выставка Сергея Браткова в Украине не за горами. А пока говорим с ним о последних проектах и его как всегда тонких наблюдениях за жизнью нашего общества.

Анна Цыба Традиционная проблема нашего постсоветского пространства – как определять национальную принадлежность именитых художников,  которые родились и начинали свой творческий путь в Украине, однако долгое время живут и работают в других странах. Как вы сами себя идентифицируете?

- Традиционно это определяется по месту рождения художника. Я родился в Харькове. Выходит, что украинский художник. Но в тоже время я сделал недавно очень инсайдерскую работу «Шапито «Москва», которую мог сделать только русский. Поэтому скорее всего я постсоветский художник, во времени и в сознании.

 - Какое пространство вы считаете родным?

- Пожалуй, оба. Я знаю оба языка. Живу в Москве, но часто бываю в Харькове – там живут мои родители.

- И все же, наверняка вы неслучайно перебрались в Москву. Видимо, процессы в российском современном искусстве более динамичны и вам более интересны?

- Да. Все же среда влияет на художника, и количественно и качественно. В Москве можно увидеть не одну выставку в неделю, там они открываются каждый день. Да и качество – в России много хороших художников, которые работают в разных медиа, а не только в живописи.

- Молодое поколение украинских современных художников тоже работает с разными медиа. Вы следите за украинским современным искусством?

- Да. Жанна Кадырова - лучший украинский молодой художник, и все это признают. 

- А что вы можете сказать в целом об актуальном искусстве на постсоветском пространстве? И вообще, существует ли феномен постсоветского искусства? Или сегодня искусство глобально?

- Нет, безусловно, искусство здесь окрашено своими тонами. И так должно быть. То есть мы не можем делать искусство, которое делается в США, потому что мы живем другой жизнью, видим и реагируем на иное. Местное искусство связано с определенной рефлексией, склонностью славянского народа к самокопанию, это искусство эмоциональное, меньше подверженное дизайну.

- А как вы, как художник мирового уровня, часто выставляющийся за границей, оцениваете коммерческие околохудожественные процессы на постсоветском пространстве – работу галерей, аукционов?

- Галерея – это важнейший компонент. Работа с галерей - это такая-то нормальная поколенческая семейная ситуация. Недавно на Винзаводе состоялась дискуссия по поводу взаимоотношений художников и галерей – важны ли сейчас галереи как субъект рынка, нужны ли вообще они молодому художнику. Мой ответ – конечно же, нужны. Когда я был молодым и пришел в галерею Риджина, мои цены находились на низком уровне, и я до сих пор благодарен старшему поколению художников – Ивану Чуйкову, Семену Файбисовичу. Пятьдесят процентов от стоимости проданных галерей работ тратились на таких молодых, как я. Сегодня я подрос и таким же образом через галерейные продажи помогаю росту юных дарований. Как по мне, это нормальный процесс – хорошо, если это происходит. Ну и, безусловно, галерея является своеобразным домом для художника, она всегда может защитить его интересы.

Аукционы сейчас превратились в лавки. Если раньше они занимались поиском вещей эксклюзивных, имеющих большой эстимейт, то сейчас они напрямую связываются со студиями художников, превратившись, по сути, в обычных дилеров.

Плюс, многие институции ведут себя дико – сильные не поддерживают слабых.

- У вас когда-то была своя галерея в Харькове. Учитывая то, что сегодня в Харькове галерей очень мало, не хотели бы вы ее воскресить, или, возможно, создать новую с культуртрегерской миссией – оживить процесс, опять же помочь художникам?

- То, что в Харькове галерей немного – это в принципе естественно. UP/DOWN называлась модным словом «галерея», но это была абсолютно некоммерческая структура – она, возможно, и хотела бы иметь коммерческий смысл, но тогда, в 90-е, это было просто невозможно. Но задачи, которые перед ней тогда стояли, она выполнила.

Сейчас – не знаю. Чтобы заниматься галереей в каком-то городе, нужно там жить. Безусловно, если бы я сейчас находился постоянно в Харькове, то занимался бы какими-то организационными вопросами, потому, что так или иначе занимаюсь этим в Москве, например, на Красном Октябре.

 - А чем еще вы заняты сейчас? Над чем работаете?

- Я занимаюсь сразу тремя вещами – фотографией, видео и скульптурой, и еще четвертой – я преподаю в школе Родченко. Я профессор (смеется), веду мультимедийный класс «Фотография-скульптура-видео». Также в моем расписании на предстоящий год есть кое-какие выставки. Нужно «прокатывать» «Шапито «Москва» и готовить к изданию книгу.

Самый свежий проект – здесь, пожалуй, будет проанонсирован впервые, – 12 апреля в Москве, в Кремлевской зоне напротив храма Христа Спасителя на внутреннем парапете набережной Москвы-реки будет установлена 30-метровая надпись из светящихся букв «Из ресторанов в космос не летают». Эта фраза принадлежит Юрию Алексеевичу Гагарину. И люди, проплывающие по реке на кораблях и обедающие в редисоновских ресторанах, будут лицезреть ее сквозь окна.

- А как вам удалось «протолкнуть» идею такой скульптуры?

- Дело в том, что руководителем департамента культуры Москвы является Сергей Капков, ранее работавший в структурах Романа Абрамовича, тот самый, который «подымал» парк Горького – то есть достаточно прогрессивный человек, интересующийся современным искусством. Естественно, с таким человеком можно было это решить положительно.

- Как вы полагаете, как москвичи, и в особенности обеспеченные и власть имущие, отреагируют на вашу работу?

- Я давно ношусь с этой идеей. Вначале предполагалось, что эта надпись будет установлена в парке Горького. Не получилось. И вот спустя два года появилась эта новая возможность. В феврале вышла книга о Гагарине. Фраза "Из ресторанов в космос не летают" стала известной. Но кого-то, думаю, она зацепит, и тогда, глядя на эти недоуменные лица, Юрий Алексеевич улыбнется c небес.

- Практически все, что есть в постсоветских городах из скульптуры – советские памятники. У нас нет современной городской скульптуры. Возможно ли ее зарождение в ближайшее время?

- К сожалению, пока нет, поскольку большая городская скульптура - вещь публичная, а общественное пространство контролируется властями. Вы сами знаете, какое искусство любит власть, какие у неё вкусы. Чтобы на наших площадях появилось что-то подобное скульптурам Серра или Кателлана, нужно ждать неопределенное количество времени.

- Вы работаете с городским пространством. Кто вы – урбанист или антрополог?

- Вообще современное искусство – это искусство города, безусловно. Не деревни. Мои работы о чувствах городского жителя.

- А каков сегодня житель наших городов?

- Сейчас все окрашено в несколько абсурдистские тона – и в Москве, и в Киеве. Общество поменялось – раньше был театр, а сейчас – полный цирк, шапито. Повысились риски в жизни: дрессировщика запросто может съесть лев, акробат неожиданно упасть с трапеции. Труппа охвачена общим интересом: "Когда же сменится директор цирка?"

- А вы согласны с идеей, что возвращаются 90-е, во всяком случае, в Украине? Приезжая сюда, наблюдая со стороны, вы ощущаете такое?

- Все зависит от того, как смотреть на 90-е. Конечно, с возрастом – у человека есть такое свойство – прошлое окрашивается в лучшие тона, приятные, мажорные. Но 90-е, как бы там ни было, были временем внутренней свободы - большей свободы, по сравнению с тем, что сейчас. Время бедности, азарта и энергии! Если сравнивать по двум последним показателям, то мы живем далеко не в 90-е.

- А кто сегодня герои ваших фото?

- Циркачи, о которых я вам рассказывал, и Баретта - моя собака.

- Расскажите немного о выставке «Добро покупает зло».

- Данная выставка – это  высказывание «для маленькой комнаты» из абсолютно новых работ. Для меня это ответ на вопрос: «Уже год, как не виделись, как  поживаешь, Брат?»

Если он вас удовлетворит, то свою миссию в Киеве, считайте, я выполнил.

Анна Цыба

Автор: Анна Цыба
Источник: ART UKRAINE